ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава

Пронизывающий ветер прошлой ночи утих до легкого ветерка, который немного морщил поверхность воды. Тихая, без одного признака живой души, текла мимо река. И широкая. Вне всяких колебаний, очень широкая и очень глубочайшая для переправы Исчезающих. Далекий сберегал отсюда казался сплошной стенкой деревьев, в обе стороны, ввысь и вниз по реке ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, как хватало глаз. Ничего нигде не двигалось.

Перрин с трудом мог бы сказать, что он на данный момент ощущает. Без троллоков и Исчезающих, даже оставшихся на другой стороне реки, он полностью мог бы и обойтись, но с возникновением Айз Седай, либо Охрана, либо, что даже лучше, его друзей пропал бы целый ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава список тревог. Будь у желаний крылья, овцы бы летали. Так обычно говаривала миссис Лухан.

С того времени как его лошадка скакнула с обрыва, парень ее не лицезрел; он возлагал надежды, что она благополучно переплыла реку, — ну и хорошо, он все равно больше привычен к ходьбе пешком, чем к скачке ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава верхом, а сапоги у него прочные и с неплохими подметками. Пищи никакой, но вокруг пояса у него до сего времени обмотана праща, и с ее помощью либо при помощи бечевки для силка, что лежит в кармашке, зайчик обеспечен, ожидать этого недолго. Огниво и все прочее для ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава разжигания костра пропало вкупе с переметными сумами, но кедры дадут трут, а приложить малость руки — и готов лук для добывания огня.

Перрин вздрогнул, когда в его убежище прорвался ветерок. Плащ уплыл куда-то по реке, а куртка и вся остальная одежка, вымокшие в потоке, оставались до сего времени прохладными ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава и неприятно-влажно липли к телу. Прошлой ночкой Перрин очень утомился, чтоб его волновали сырость и холод, но на данный момент его лупил озноб от каждого порыва ветра. Все таки он решил не развешивать одежку на ветвях для просушки. Если день выдался и не совершенно прохладным, то теплым его можно было ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава именовать с очень большой натяжкой.

Наибольшая неувязка, помыслил Перрин со вздохом, это время. Высушить одежку — на это необходимо время, пусть даже недолгое. Зайчика жарить, развести костер, на котором его зажарить, — на это тоже нужно время, хоть и не сильно много. В животике у него звучно заурчало, и ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава парень попробовал выбросить из головы мысли о еде. Минутки необходимо употребить на более принципиальные цели. Одно дело за один раз, и самое принципиальное — первым. Так он поступал всегда.

Взгляд Перрина проследил за течением Аринелле. Не в пример Эгвейн, он — пловец хороший. Если она смогла переправиться через реку... Нет, никаких «если»! Место, где ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава она переправилась через реку, должно быть кое-где ниже по течению. Парень побарабанил вдумчиво пальцами по земле, взвешивая в уме все «за» и «против» собственного положения.

Приняв решение, Перрин времени напрасно терять не стал: схватил топор и двинулся берегом по течению реки.

Эта сторона Аринелле не отличалась ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава густым лесом, возрастающим на западном берегу. Маленькие рощицы показывались там и здесь посреди полян, что с пришествием весны стали бы лугами. Некие рощи можно было именовать перелесками, посреди нагих стволов ясеней, ольхи и твердокамедников ярко выделялась зелень елей и кедров. Далее по течению рощицы становились пореже и меньше. Единственное ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, хоть и очень жалкое укрытие могли дать только они.

Перрин, пригибаясь, маленькими перебежками двигался от зарослей к зарослям, оказавшись под сенью деревьев, припадал к земле, пристально осматривая берега — и далекий, и собственный. Хоть Страж и утверждал, что река будет для Исчезающих и троллоков преградой, но стала ли? Вдруг ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава у их пропадет нелюбовь к глубочайшей воде, если они увидят его? Потому Перрин с большой осторожностью выглядывал из-за деревьев и бежал от 1-го убежища к другому стремительно и стараясь пригибаться пониже к земле.

Схожими маленькими бросками парень преодолел уже несколько миль, как вдруг, на полпути к притягивающему убежищу под сенью ив ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, он хмыкнул и застыл на месте, упершись взором в землю. Меж перепутанной бурой прошлогодней травкой попадались островки нагой земли, и вот посреди 1-го такового сероватого пятна, прямо перед его носом, явственно показывался отпечаток копыта. Ухмылка медлительно расплывалась по лицу Перрина. Кое-кто из троллоков был с копытами ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, но он колебался, что хоть какой-то из них подкован, в особенности подковой с двойной поперечиной, которую мастер Лухан добавлял для прочности.

Забыв о вероятной слежке с обратного берега, Перрин кинулся находить другие следы копыт. На плетеном ковре жухлой травки они отпечатались плохо, но его остроглазые глаза все-же отыскали ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава их. Прерывающийся, слабенький след вел в сторону от реки, к густой рощице, где деревья — болотный мирт и кедры — стояли плотной стенкой, защищая Перрина от ветра и высматривающих добычу глаз. Раскидистая крона одинокой тсуги высилась над центром рощицы.

Как и раньше усмехаясь, Перрин продрался через сплетенные вместе ветки, не заботясь о ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава том, сколько шума поднимает. В один момент он шагнул на маленькую полянку под тсугой — и тормознул. За небольшим костерком, прижавшись спиной к Беле, пригнувшись, стояла Эгвейн. Лицо ее было решительным и жестоким, в руках она сжимала, точно дубинку, толстый сук.

— Наверняка, мне необходимо было окрикнуть тебя, — произнес ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава Перрин, сконфуженно пожимая плечами.

Отбросив дубинку, женщина ринулась к нему и обняла парня.

— Я задумывалась, ты утоп. Да ты же все еще весь влажный! Давай садись у огня и грейся. Лошадка ты свою растерял, да?

Перрин позволил ей подтолкнуть себя к костру и растянул руки над пламенем, наслаждаясь теплом. Эгвейн достала ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава из седельной сумки сверток промасленной бумаги и протянула юноше хлеба и сыра. Сверток был так туго обвязан и плотно завернут, что пища осталась сухой даже после пребывания в воде. Ты здесь о ней волновался, а она совладала со всем лучше тебя.

— Бела меня переправила, — произнесла Эгвейн, погладив ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава лохматую кобылу. — Она удрала подальше от троллоков и просто утащила меня за собой.

Женщина помолчала, позже добавила:

— Перрин, я больше никого не лицезрела.

Он услышал невысказанный вопрос. С сожалением проводив взором сверток, который женщина вновь плотно обвязала, Перрин слизнул последние крошки с пальцев, позже заговорил:

— С прошлой ночи ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава я никого из наших не лицезрел. И ни Исчезающих, ни троллоков. Вот так.

— С Рандом все будет в порядке, — произнесла Эгвейн, стремительно прибавив: — Со всеми! Должно быть так. Наверняка, на данный момент они нас отыскивают. Сейчас они могут дойти до нас в хоть какой момент. Морейн же все-же Айз Седай ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава.

— Я для себя повсевременно об этом твержу, — произнес Перрин. — Сгореть мне, как хотелось бы о ней запамятовать!

— Что-то я не слышала твоих сетований, когда она не отдала троллокам нас изловить, — ехидно увидела Эгвейн.

— Мне просто охото, чтоб мы могли обойтись без нее. — Он неудобно повел плечом под пристальным взором ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава девицы. — Хотя, как я считаю, пока мы не сможем. Я задумывался об этом.

Она приподняла брови, но, вобщем, когда бы Перрин ни выдвигал какое-то предположение, оно обычно поражало всех. Даже если его идеи оказывались такими же разумными, как и у их, друзья его всегда вспоминали, как нерасторопно ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава он обдумывал пришедшие ему на мозг мысли.

— Мы можем подождать, пока нас отыщут Лан с Морейн, — предложил парень.

— Конечно, — оборвала она ход его рассуждении. — Морейн Седай произнесла, что отыщет нас, если мы потеряемся.

Перрин отдал ей договорить, позже продолжил:

— Либо же первыми нас отыщут троллоки. К тому же ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава Морейн могли уничтожить. Всех их могли уничтожить. Я надеюсь, что они живые. Надеюсь, что в всякую минутку они выйдут к этому вот костерку. Но надежда — все равно что клочек веревки, когда ты тонешь; чтоб вынуть себя из омута, одной надежды не много.

Эгвейн закрыла рот и уставилась на Перрина ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, на скулах ее перекатывались желваки. В конце концов она вымолвила:

— Ты хочешь отправиться вниз по реке к Беломостью? Если Морейн Седай не отыщет нас тут, то это последующее место, где она станет нас находить.

— Я понимаю, — медлительно произнес Перрин, — что Беломостье — это куда нам необходимо бы идти. Но об ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава этом, скорей всего, понятно и Исчезающим. Там-то они и станут нас находить, и сейчас с нами не будет Айз Седай либо Охрана, чтоб защитить от противников.

— По-моему, ты собираешься предложить сбежать куда-нибудь, как желал поступить Мэт? Спрятаться где-нибудь, чтоб нас не отыскали Исчезающие и ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава троллоки? И укрыться от Морейн Седай?

— Не думай, что я не размышлял и над этим, — расслабленно произнес он. — Но каждый раз, когда мы считали, что уже отвязались от погони, Исчезающие и троллоки вновь находили нас. Я не знаю, можем ли мы вообщем где-нибудь спрятаться от их. Не то ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава чтоб это мне очень нравилось, но Морейн нам нужна.

— Тогда я ничего не понимаю, Перрин. Куда же нам идти?

Перрин удивленно воззрился на даму. Она ожидала ответа от него. Ожидала, чтоб он произнес ей, что делать. Никогда не бывало до этого такового, чтоб она возлагала надежды, что он возьмет ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава на себя инициативу. Эгвейн не нравилось поступать согласно чужим, а не ее планам, и она никогда не позволяла никому указывать ей, что и как делать. Не считая, может быть, Мудрейшей, но Перрину тотчас казалось, что иногда она и ей перечит. Парень разгладил рукою сухую землю впереди себя и звучно откашлялся.

— Если мы ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава вот тут, а это — Беломостье, — он два раза ткнул в землю пальцем, — тогда Кэймлин будет примерно кое-где тут. — Перрин нанес на импровизированную карту третью метку, далековато в стороне.

Он замолчал, разглядывая на земле три точки. Весь план был основан на том, что осталось у Перрина ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава в памяти от старенькой карты ее отца. Мастер ал'Вир говаривал, что карта не слишком-то верна, и вообщем Перрин не проводил над нею в мечтаниях столько времени, как Ранд и Мэт. Но Эгвейн ничего не произнесла. Когда Перрин поднял голову, то увидел, что она как и раньше глядит на него, сжимая ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава руками колени.

— Кэймлин? — Глас ее звучал ошеломленно.

— Кэймлин. — Перрин провел по земле линию меж 2-мя точками. — В сторону от реки и напрямик. Никто до такового не додумается. Мы будем ожидать всех в Кэймлине.

Он отряхнул руки и стал ожидать. Перрин считал, что план разумен, но у Эгвейн наверное найдутся ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава на данный момент возражения. Он подразумевал, что она возьмет главенство на себя: она всегда силком втягивала его во что-то, и ее лидерство никаким образом не задевало его самолюбия.

К его удивлению, женщина кивнула.

— Там непременно будут деревни. Мы сможем спросить дорогу.

— Одно меня волнует, — произнес Перрин, — а ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава вдруг Айз Седай не отыщет нас там? Свет, задумывался ли кто, что мне придется беспокоиться о кое-чем схожем? Что, если она не придет в Кэймлин? Вдруг она считает нас мертвыми? Может, она заберет Ранда и Мэта прямиком в Тар Валон.

— Морейн Седай гласила, что сможет найти нас ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, — твердо, произнесла Эгвейн. — Если она может отыскать нас тут, то может отыскать и в Кэймлине, и отыщет непременно.

Перрин медлительно кивнул.

— Раз уж ты так говоришь... Но если она не появится в Кэймлине через некоторое количество дней, то мы отправимся в Тар Валон и вынесем наше дело на трибунал Престола ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава Амерлин.

Парень глубоко вздохнул. Две недели вспять ты Айз Седай и в глаза-то не лицезрел, а на данный момент говоришь о Престоле Амерлин. О Свет!

— Если веровать Лану, из Кэймлина есть отменная дорога. — Он взглянул на промасленный картонный пакет, лежащий рядом с Эгвейн, и кашлянул. — Может, еще мало сыра ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава и хлеба?

— Видимо, этот припас придется растянуть навечно, — произнесла женщина, — пока для тебя не повезет с силками больше, чем мне прошлой ночкой. По последней мере, с костром никаких заморочек.

Засовывая сверток назад в переметные суммы, она тихонько засмеялась, как будто это была шуточка.

Очевидно существовали некоторые ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава границы того, кому и сколько главенства над собой готова была уступить Эгвейн. В животике у Перрина бормотало.

— Ну, раз так, — произнес он, вставая, — можем отчаливать в путь прямо на данный момент.

— Но ты все еще влажный, — сделала возражение женщина.

— Высохну на ходу, — решительно заявил Перрин и принялся ногами сгребать ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава землю, засыпая костер. Раз сейчас главный он, то пора начинать управлять. Ветер, дувший от реки, подгонял путников.

Глава 23

ВОЛЧИЙ БРАТ

С самого начала Перрин отдавал для себя отчет, что путешествие в Кэймлин будет далековато не размеренным и безмятежным, раз началось оно с требования Эгвейн, чтоб они по очереди ехали верхом на ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава Беле. Еще не понятно, как далековато придется идти до цели, заявила она, но очень далековато для того, чтоб она одна ехала на лошадки. Челюсти ее сжались, а глаза, не мигая, впились в юношу.

— Я очень большой, чтоб ехать на Беле, — произнес он. — И я привык ходить пешком, и ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава вообщем так мне лучше.

— А я, означает, к ходьбе непривычна? — язвительно осведомилась Эгвейн.

— Это совсем не то, что я...

— Ага, лучше мне одной мучиться от болячек и натертостей от седла, это ты имел в виду? А когда ты дошагаешь до того, что ноги у тебя будут отпадать, мне, означает, прикажешь за тобой ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава ухаживать?

— Хорошо, пусть будет по-твоему, — вздохнул Перрин, когда она уже решила было продолжать в том же духе. — Все равно для тебя черед — первой. — Лицо девицы упорно растянулось, но он не отдал ей и слова поперек воткнуть. — Если ты сама не заберешься в седло, я тебя туда ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава посажу.

Она ошарашенно взглянула на него, и мимолетная ухмылка скривила ее губки.

— В таком случае...

Судя по голосу, она готова была вот-вот засмеяться, но на лошадка все-же села.

Что-то буркнув негромко, Перрин повернул в сторону от реки. В преданиях предводителям никогда не приходилось сталкиваться с схожим ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава отношением к для себя.

Эгвейн всегда удавалось настоять на пересменке, и, вроде бы ни пробовал он пропустить свою очередь, она издевками загоняла Перрина в седло. Стройному и хрупкому не по плечу кузнечное ремесло, а Бела не такая большая лошадка, чтоб быть под стать Перрину. Всякий раз, когда он ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава ставил ногу в стремя, лохматая кобыла оборачивалась на него с укоризненным видом — он готов был в этом поклясться. Может, и мелочи, но они-то и раздражали. Скоро он содрогался, когда бы Эгвейн ни заявляла:

— Твоя очередь, Перрин!

В преданиях предводители содрогались изредка, и их не изводили издевками. Но, рассудил ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава Перрин, им никогда не выпадало иметь дело с Эгвейн.

В путь они направились со небогатым припасом хлеба и сыра, который к концу первого денька весь и вышел. Пока Эгвейн разводила костер, Перрин поставил силки на кроличьих тропках: тропки выглядели старенькыми, но все таки испытать поохотиться стоило. Окончив с западенками ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, он решил, пока денек совершенно не потух, проверить свою пращу, узнать, как и раньше ли тверда с ней его рука. Хоть им и не попадалось на глаза никакой живности, но... К собственному удивлению, практически сразу парень спугнул тощего зайчика. Перрин был так поражен, когда тот выскочил из-под кустика чуть не ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава под его ногой, что чуть не упустил зайчика, но ему удалось попасть в добычу с сорока спанов, как раз в тот миг, когда зверь метнулся было за дерево.

Возвратившись в лагерь с добычей, Перрин нашел, что Эгвейн уже наломала сушняка для костра, но стоит на коленях около кучи ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава хвороста, закрыв глаза.

— Что ты делаешь? Одним желанием костра не разжечь.

При первых же его словах Эгвейн чуть ли не подпрыгнула, резко обернувшись к нему лицом, прижимая ладонь к горлу.

— Ты... ты испугал меня.

— Мне подфартило, — произнес Перрин, показывая зайчика. — Давай-ка кремень и огниво. Сейчас, по последней мере ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, мы поедим как надо.

— У меня нет кремня, — негромко произнесла женщина. — Он был у меня в кармашке, и я его растеряла в реке.

— Тогда как?..

— Там, на берегу, это было так просто, Перрин. Так, как показала мне Морейн Седай. Я просто потянулась, и... — Она сделала жест, будто бы ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава хватала что-то, потом вздохнула, и рука ее бессильно свалилась. — А сейчас у меня ничего не выходит.

Перрин взволнованно облизал губки.

— Это... Сила?

Женщина кивнула, и он ошеломленно уставился на нее.

— Ты с мозга сошла? Другими словами... Единая Сила! Нельзя же просто баловаться с кое-чем таким.

— Это было так ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава просто, Перрин. Я могу это делать. Я могу направлять Силу.

Парень глубоко вздохнул.

— Я смастерю лук для огня, Эгвейн. Обещай мне, что ты не будешь пробовать сделать эту... эту... это вновь.

— И не подумаю! — Челюсти Эгвейн сжались, и Перрин тяжело вздохнул. — Ты можешь выкинуть собственный топор, Перрин Айбара? Ты можешь ходить ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава с одной рукою, привязанной за спину? Я этого не сделаю!

— Я смастерю лук для огня, — утомилось произнес он. — Хотя бы сейчас больше не нужно, хорошо? Пожалуйста!

Эгвейн нехотя согласилась, но даже после того, как зайчик был зажарен над огнем, у юноши не пропало чувство, что она в глубине души ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава считает, как будто могла бы улучшить. От собственных попыток Эгвейн не отказалась и решала все новые каждый вечер, хотя самое большее, чего она достигнула, — практически здесь же исчезнувшая струйка дыма. Она вызывающе взглянула на Перрина, готовая испепелить его, вымолви он хоть словечко, но тот благоразумно держал язык за зубами ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава.

После того вечера с жаркой пищей путникам пришлось наслаждаться сырыми одичавшими клубнями и попадавшимися иногда юными побегами. Ни в том ни в другом не чувствовалось даже намека на весну, ни то ни другое не отличалось ни сытностью, ни приятным вкусом. Никто не сетовал, но ни одна трапеза не проходила ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава без одного-другого вздоха, полного сожаления, в каком, как они понимали, звучало воспоминание об особенном вкусе домашнего сыра либо даже о запахе хлеба. Гигантскую удовлетворенность и дивное пиршество вызвали обнаруженные в один прекрасный момент деньком в тенечке, в глубине леса, грибы — при этом самые наилучшие, Венцы Царицы ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава. Перрин и Эгвейн с алчностью съели их, смеясь и наперерыв рассказывая друг дружке истории, истории, которые случались в Эмондовом Лугу, истории, что начинались со слов «А помнишь, когда...». Но грибам скоро пришел конец, а совместно с ними кратковременно хватило и хохота. С пустого брюха веселья не много.

Тот, кто шел ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава пешком, всегда держал наготове пращу, на случай, если на глаза попадется зайчик либо белка, но у обоих камень вылетал из петли только в досаде либо разочаровании. Устанавливаемые каждый вечер с большой осторожностью силки с утра оставались пустыми, а провести еще денек на том же месте путешественники не осмеливались ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава. Никто из их не знал, как далековато до Кэймлина, и не ощущал себя в безопасности, пока они не окажутся там, — если, естественно, туда доберутся. Перрин стал с опаской думать: куда же у него снутри закатится, сжавшись в горошину, желудок?

Они, как осознавал Перрин, продвигались с неплохой скоростью, но ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава по мере того, как путешественники уходили все далее и далее от Аринелле, не встречая ни деревни, ни даже фермы, где могли бы спросить дорогу, сомнения по поводу собственного плана стали одолевать юношу все посильнее. Эгвейн продолжала сохранять настолько же уверенный вид, с каким она отправилась в путь, но Перрин был убежден: в ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава какой-то момент женщина заявит, что было бы лучше рискнуть повстречаться с троллоками, чем провести остаток жизни в бестолковых блужданиях по буеракам. Таких слов еще не прозвучало, но он ждал услышать их в хоть какой момент.

Денька через два после того, как они уехали от реки, местность поменялась ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава: поднялись поросшие густым лесом бугры — зима еще прочно держалась за их, как и за все вокруг, — а деньком позднее, когда бугры вновь сгладились, в плотной стенке леса появились бреши, прогалины нередко тянулись на милю либо больше. В скрытых ложбинках как и раньше лежал снег, воздух по утрам ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава взбадривал и освежал путников, а ветер был прохладным всегда. Не повстречалось ни дороги, ни пашни, ни курящегося над трубой дальнего дымка, никакого признака людского жилища, — по последней мере, где бы еще жили люди.

В один прекрасный момент им попался старенькый форт: вершину близкого холмика окружали остатки высочайшего крепостного каменного вала. Снутри обвалившегося ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава кольца показывались какие-то каменные постройки без крыш. Лес издавна уже впитал тут все; деревья проросли через камень, сеть старенькых ползучих растений оплела большенные каменные блоки. В другой раз путешественники вышли к каменной башне с разбитой вершиной, побуревшей от облепившего ее старого мха, башню подпирал большой дуб, чьи толстые ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава корешки постепенно опрокидывали каменного гиганта. Но никогда им не попадались места, которые помнили бы человеческое дыхание. Память о Шадар Логоте заставляла путников держаться подальше от развалин и ускорять шаги, пока парень с женщиной не углублялись в заросли, где, казалось никогда не ступала нога человека.

В снах Перрина ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава терзали видения, наводящие кошмар кошмары. Ему являлся Ба'алзамон, гонявшийся за ним по лабиринтам, преследующий его, но, как помнил Перрин, они никогда не сталкивались лицом к лицу. Ну и само по себе путешествие давало довольно еды для дурных снов. Эгвейн, в особенности две ночи после того, как они набрели на ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава разрушенный форт и покинутую башню, сетовала на мучившие ее кошмары о Шадар Логоте. О собственных снах Перрин помалкивал, даже когда пробуждался во мраке, весь в поту, окутанный большой дрожью. Она ждала от него, что он благополучно приведет их в Кэймлин, так что не было смысла делиться с ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава ней тревогами — все равно с этим ничего не поделаешь.

Перрин шагал у головы Белы, гадая, отыщут ли они чего-нибудть поесть сейчас вечерком, когда почуял запах. Здесь же, мотнув головой, раздула ноздри кобыла. До того как лошадка успела заржать, он схватил ее под уздцы.

— Это дым, — взволнованно произнесла Эгвейн ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава. Она вся подалась вперед, сделала глубочайший вдох. — Костер для стряпни. Кто-то готовит ужин. Зайчика жарит.

— Может быть, — осмотрительно произнес Перрин, и ее веселая ухмылка увяла. На замену праще у парня в руках появился плотоядный полумесяц боевого топора. Пальцы Перрина то и дело поудобнее перехватывали толстую рукоять. В его руках — орудие ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, но ни тренировки тайком сзади кузни, ни обучение Лана не подготовили юношу по-настоящему к тому, чтоб пустить его в дело. Даже бой у Шадар Логота очень смутно сохранился в памяти, чтоб придать юноше убежденности. Ну и с той пустотой, о которой толковали Ранд и Лан, ему ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава никогда не удавалось сладить.

Лучи солнца наискось расчерчивали деревья сзади их, и лес стоял недвижной стенкой пятнистых теней. Слабенький запах пылающего дерева плыл вокруг путников, в нем чувствовался чуть уловимый запах жарящегося мяса. Может, это и зайчик, мелькнула у Перрина идея, и в желудке у него заурчало. А возможно ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава окажется и кое-что другое, напомнил для себя парень. Он взглянул на Эгвейн; она следила за ним. Быть предводителем — означает нести ответственность.

— Ожидай тут, — тихо произнес Перрин. Женщина нахмурилась, но, когда она попробовала открыть рот, он оборвал ее: — И тихо здесь! Мы же не знаем, кто это.

Она кивнула ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава. Без охоты, но кивнула. Перрину вдруг стало любопытно, почему таковой тон не срабатывал, когда он пробовал вынудить ее ехать верхом заместо него. Глубоко вздохнув, парень двинулся к источнику дыма.

Перрин не проводил настолько не мало времени в лесах вокруг Эмондова Луга, как Ранд либо Мэт, но на зайчиков охотиться ему доводилось ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава, и не так изредка. Он крался от дерева к дереву, под ногами у него не хрустнула ни единая веточка. Прошло совершенно незначительно времени, и парень уже выглядывал из-за ствола высочайшего дуба, чьи раскидистые ветки по-змеиному изгибались к земле, а позже устремлялись ввысь. Рядом с собой Перрин увидел лагерную ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава стоянку: маленький костерок, а недалеко от него, прислонившись спиной к толстой ветке дуба, посиживал худощавый, дочерна загорелый мужик.

На троллока, по последней мере, он не походил, но был самым необыкновенным человеком, которого Перрин когда-либо лицезрел. Все дело заключалось в том, что вся одежка незнакомца была сшита из ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава животных шкур, даже обувь и дивная круглая плоская сверху шапочка у него на маковке. Плащ представлял собой лоскутное одеяла из кроличьих и беличьих шкурок, а брюки, похоже, были пошиты из шкуры длинношерстного козла буро-белого окраса. Его седеющие каштановые волосы, прихваченные сзади у шейки шнурком, свисали до пояса. Густая ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава борода веером закрывала половину груди. Длиннющий ножик, больше напоминающий клинок, висел на поясе, а под рукою у него, делая упор на ветку, стояли колчан и лук.

Человек, прикрыв глаза, посиживал, прислонившись спиной к дубовой ветки, и будто бы спал, но Перрин все же не шевелился в собственном укрытии. Над костром ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава у незнакомца были наклонно воткнуты 6 палок, и на каждую надето по зайчику, уже зажаренному до коричневой корочки; с тушек то и дело срывались капли сока и с шипением исчезали в пламени. От аромата жареного мяса, такового близкого, рот у Перрин заполнился слюной.

— Что, слюнки текут? — Человек ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава открыл один глаз и посмотрел туда, где скрывался Перрин. — Ты и твоя приятельница сможете тоже присесть тут и перекусить. Я не увидел, чтоб за последние пару дней вы хоть раз как надо поели.

Перрин в нерешительности помедлил, позже нерасторопно встал, как и раньше прочно сжимая топор.

— Вы два денька за нами наблюдали ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава?

Мужик издал приглушенный смешок.

— Да, я смотрел за тобой. И за той хорошей женщиной. Все помыкает тобой, как будто петухом-недомерком, правильно? По большей части слышал тебя. Из всех вас одна только лошадка не топает так, чтобы слышно было за 5 миль. Ну потому что, ты позовешь ее либо хочет ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава слопать всех зайчиков сам?

Перрин насупился; он же знал, что не поднимал столько шума. В Влажном Лесу к зайчику не подберешься близко с пращей в руке, если будешь шуметь. Но запах поджаренного зайчика напомнил юноше: Эгвейн тоже голодна, ну и не худо бы ей сказать, что ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава учуяли они никак не троллочий костер.

Перрин засунул рукоять топора в ременную петлю и звучно позвал:

— Эгвейн! Все в порядке! Это и взаправду зайчик! — Протянув руку, он прибавил обычным тоном: — Меня зовут Перрин. Перрин Айбара.

Мужик поглядел на его руку и только позже неудобно, как будто непривычный к такому обычаю, пожал ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава ее.

— Я — Илайас. Илайас Мачира.

Челюсть Перрина отвисла, и он выпустил, практически бросил ладонь Илайаса. Глаза мужчины были желтоватыми, желтоватыми, как блестящее полированное золото. Какое-то воспоминание шевельнулось в глубине памяти Перрина, позже оно пропало. Но одно Перрин смог на данный момент сообразить: глаза всех виденных им ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава троллоков были практически темными.

Из-за деревьев, осторожно ведя в поводу Белу, появилась Эгвейн. Она обмотала уздечку вокруг 1-го из сучьев пониже и, когда Перрин представил ее Илайасу, что-то обходительно пробормотала, но ее глаза не отрывались от зайчиков. Похоже, она не увидела, какого необыкновенного цвета глаза мужчины. Когда ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава Илайас жестом пригласил путников угощаться жареным мясом, она здесь же накинулась на пищу. Перрин отстал от нее только на какое-то мгновение и тоже принялся за зайчика.

Илайас молчком ожидал, пока они снимут собственный голод. Перрин так проголодался и отрывал кусочки мяса такие жаркие, что ему приходилось чуть не жонглировать ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава ими, перекидывая с ладошки на ладонь, до того как поднести ко рту. Даже Эгвейн выказала не много собственной обыкновенной аккуратности — жирный сок стекал у нее по подбородку. Пока они ели, денек постепенно сменился сумерками, вокруг костра сгущалась безлунная тьма. Тогда и заговорил Илайас.

— Что вы здесь делаете? В ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава всякую сторону на 50 миль нет никакого жилища.

— Мы идем в Кэймлин, — произнесла Эгвейн. — Может, вы...

Брови ее холодно приподнялись, когда Илайас захохотал во все гортань, запрокинув голову. Перрин уставился на него, не донеся кроличью ножку до рта.

— Кэймлин? — прохрипел, когда наконец сумел заговорить, Илайас. — Тем методом, что вы идете, тем ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава методом, в том направлении, в каком топаете последние два денька, вы пройдете мимо Кэймлина, к северу от него миль на 100, если не больше.

— Мы собирались спросить у кого-нибудь дорогу, — ершисто заявила Эгвейн. — Только еще пока не повстречали ни одной деревни, ни одной фермы.

— И не встретите, — смеясь, произнес Илайас. — Если ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава вы так пойдете, сможете дошагать до самого Хребта Мира, не повстречав ни одного человека. Естественно, если вам получится перевалить через Хребет, — где-то это удается сделать, — то в Айильской Пустыне можно повстречать людей, но там вам навряд ли понравится. Деньком в Пустыне вы жарились бы на солнце, зябли ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава ночкой и всегда погибали бы от жажды. Чтоб отыскать воду в Пустыне, необходимо быть айильцем, а они не очень обожают чужаков. Я бы даже произнес, очень не обожают. — Он снова разразился смехом, еще больше звучным и исступленным, сейчас чуть не катаясь по земле. — Вообще-то совершенно не обожают ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава! — только и сумел вымолвить он.

Перрин встревоженно заерзал. Неуж-то нас угощает безумный?

Эгвейн нахмурилась, но подождала, пока затихнет чужое веселье, потом спросила:

— А вы могли бы указать нам дорогу? Судя по всему, вам о местных местах понятно намного больше, чем нам.

Илайас не стал смеяться. Подняв голову, он водрузил ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава на нее свою круглую меховую шапку, упавшую от хохота, и поглядел на даму исподлобья.

— Я не так очень люблю людей, — произнес он разом поскучневшим голосом. — В городках полным-полно народу. Я стараюсь реже ходить рядом с деревнями, даже мимо ферм. Селяне, крестьяне — им не по нраву мои друзья. Я бы ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава даже вам не стал помогать, если бы вы не плутали рядом, такие же немощные и доверчивые, как будто новорожденные щенята.

— Но, по последней мере, вы сможете указать нам, куда идти, — настаивала она. — Если вы направите нас к наиблежайшей деревне, пускай даже она в пятидесяти милях, то там ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава наверное покажут дорогу в Кэймлин.

— Тихо, — произнес Илайас. — Мои друзья идут сюда.

Вдруг, чего-то ужаснувшись, заржала Бела и стала рваться с привязи. Перрин привстал: в темнеющем лесу вокруг их появились какие-то тени. Бела задергалась, с пронзительным ржанием вставая на дыбы.

— Успокойте кобылу, — произнес Илайас. — Они не ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава причинят ей вреда. И вам тоже, если вы останетесь на месте.

В свет костра вступили четыре волка — пушистые, ростом по пояс человеку, их челюсти могли бы с легкостью раздробить людскую ногу. Они, как будто бы здесь никого и не было, подошли к огню и легли меж людьми. Во мраке ДОРОГА НА ТАРЕНСКИЙ ПЕРЕВОЗ 26 глава посреди деревьев блики костра со всех боков отражались в очах других волков, животных, их было огромное количество.


dopros-vo-dvorce-iroda-velikogo-sochinenie.html
dopushena-k-zashite-na-gek.html
dopusheni-k-torgam-na-fondovoj-birzhe-v-processe-razmesheniya-stranica-8.html